«Странно видеть почтенного джентльмена, который откинулся на стуле, положил ноги на стол и перочинным ножом выкраивает кусок прессованного табака, а потом выстреливает старый изо рта, как из пугача, и закладывает новый». Так Чарльз Диккенс описал Конгресс США в «Американских заметках» 1842 года. Культура жевательного табака переживала тогда расцвет, и английский писатель посвятил ей едва ли не самые злые страницы книги.
Вашингтон он назвал «штаб-квартирой пропитанной табаком слюны». В суде, писал Диккенс, своя плевательница стояла у судьи, у пристава, у свидетеля и у подсудимого. Присяжных и публику снабжали ими так, словно человеку от природы положено плевать без остановки.
Впрочем, табак жевали задолго до Конгресса и далеко от Вашингтона.
Почему моряки жевали табак, а не курили
Жевание, вероятно, самый ранний способ употреблять табак в Америке. В Андах к листьям иногда добавляли известь. Европейцы привезли табак домой, но жевать его в Старом Свете почти не стали - курили и нюхали. Главным исключением энциклопедия «Табак в истории и культуре» называет моряков. Курить на борту было опасно, а жевать можно было и без огня.
Флотский табак матросы готовили сами. Листья смачивали ромом, туго сворачивали, обматывали распушенной просмоленной пенькой и перетягивали тонким линем.
Имперские военные музеи Британии хранят такую скрутку, сделанную на корабле Королевского флота HMS Byron в 1944 году. Ее длина - 36 см.
На другом краю света жуют не привозной табак, а дикий. Аборигенки Центральной Австралии растирают листья местных видов табака между камнями, смешивают с золой акации или эвкалипта и скатывают в комок. Одна из участниц исследования 2017 года рассказала, что запасной комок держит за ухом.
В Швеции нашли свой способ. В XVIII веке там нюхали табак, а в начале XIX века его стали увлажнять и закладывать под губу. Обычай распространился среди крестьян и рабочих, и так появился снюс - подробнее в статье «Как появился снюс и бездымный табак: короткая история формата».
Как жевательный табак стал американской привычкой
После 1815 года жевание в США вытеснило трубку. «Британника» называет две причины. Нюхательный табак и трубка напоминали о Европе, от которой молодая страна старалась отличаться. Вторая причина практическая - переселенцу на фронтире было проще сунуть за щеку кусок табака, чем раскуривать громоздкую трубку.
С переселенцами связана и легенда о прессованном табаке. Рассказывают, что поселенцы Кентукки или Миссури высверливали в сырых бревнах клена или гикори отверстия и набивали их резаным табаком с медом. Так, по преданию, и родилась прессованная плитка.
К середине века привычка превратилась в целую отрасль. По переписи 1860 года в Вирджинии и Северной Каролине работали 348 табачных фабрик. Из них 335 выпускали исключительно жевательный табак, а исключительно курительный - всего шесть.
Что увидели в Америке английские путешественники
Раньше Диккенса за океан съездила Фрэнсис Троллоп, мать будущего романиста Энтони Троллопа. Ее книга «Домашние нравы американцев» вышла в 1832 году. «Едва ли я знаю досаду, более противную английскому чувству, чем беспрерывное, беспощадное плевание американцев», - писала она. На речном пароходе, жаловалась писательница, платья невозможно было уберечь от плевков. Мужчины в гостях, по ее словам, «плюют, говорят о выборах и ценах на урожай и снова плюют».
Десять лет спустя Диккенс добавил к этому свои наблюдения. Его удивило, сколько депутатов Конгресса ходят с распухшими лицами. Оказалось, дело в табаке, который они ухитрялись умещать за щекой. Даже опытные любители жевать, заметил он, далеко не всегда попадают в цель.
«Несколько джентльменов, навещавших меня, во время разговора нередко промахивались мимо плевательницы с пяти шагов, а один (впрочем, явно близорукий) с трех шагов принял закрытую раму за открытое окно». Отсюда Диккенс вывел, что славу американских стрелков в Англии, пожалуй, преувеличивают.
Плевательница на каждом шагу
Раз табак жевал чуть ли не каждый, плевательницы понадобились повсюду. Международный музей хирургической науки в Чикаго среди мест, где они стояли, называет банки, конторы, рестораны и вокзалы. Плевательницы делали из латуни, меди и керамики, украшали узором и ставили даже в Палате представителей.
Помогало это не всегда. Оба зала Конгресса, по словам Диккенса, были застелены красивыми коврами. Но то, во что их превратили люди, не желавшие попадать в плевательницы, «описанию не поддается».
Как Нью-Йорк объявил войну плевкам
Перелом начался в лаборатории. Роберт Кох в 1882 году открыл возбудителя туберкулеза, и врачи увидели в плевке на тротуаре угрозу для всего города. Еще с 1884 года в Нью-Йорке действовала Женская ассоциация защиты здоровья, и вместе с городскими медиками она добилась первого в США закона против плевков. Как город взялся за дело:
- в 1896 году плевать запретили в общественных местах и в транспорте, нарушителю грозили штраф и до года тюрьмы;
- к 1910 году за плевки в Нью-Йорке задержали 2513 человек;
- в том же году похожие законы действовали уже в 150 городах страны.
Жевать никто не запрещал. Но привычка, при которой без плевка не обойтись, из обыденной стала неприличной.
Что осталось от эпохи плевательниц
Пик производства пришелся на 1917 год, когда в США выпустили 206 млн фунтов плиточного табака, около 93 тысяч тонн. Дальше пошел спад. Американцы перебирались в города и проводили больше времени в помещениях, а сплевывать там стало негигиенично и неприлично. Место жевательного табака заняли фабричные сигареты.
Самый неожиданный след той эпохи остался в Сенате США. Курить в его зале запретили в 1914 году - из-за пожилого сенатора, которому дым мешал дышать. Нюхательный табак сенаторы брали еще полвека из двух лакированных табакерок у стола председательствующего, а по залу были расставлены несколько десятков плевательниц. Табакерками давно не пользуются, но их не убрали - они так и стоят на виду под защитными крышками. Диккенс смеялся над залами Конгресса в 1842 году, а один из них до сих пор хранит реквизит той привычки как реликвию.
