В начале 1796 года женевский часовщик Антуан Фавр показал Обществу искусств Женевы музыкальную табакерку обычного размера. Она играла две мелодии, механизм стоял в ее нижней части, и звук у него напоминал мандолину. Устройство, которое и сегодня звучит в музыкальных шкатулках, впервые показали публике именно в табакерке.
Нюхательный табак в те годы носили с собой в небольших коробочках - табакерках. У богатых людей табакерка была драгоценной вещью из золота и эмали, и женевские мастера сделали из нее еще и карманный музыкальный инструмент.
Колокольчики и молоточки до Фавра
До Фавра музыку в часы и табакерки ставили в виде карильона - набора крошечных колокольчиков, по которым били молоточки. Табакерку с таким карильоном, сделанную в 1785 году в мастерской Жаке-Дро, хранит московский музей «Собрание». В верхней крышке у нее часы, а внутри карильон из пяти стальных колокольчиков, который играет одну мелодию. Сделали ее для китайского императорского двора, где, как отмечают в Международном музее часов в Ла-Шо-де-Фоне, император и мандарины были заворожены всем, что движется.
Карильон был устроен сложно, и Фавр придумал, как обойтись без колокольчиков и молоточков. Новинку так и зарегистрировали - «карильон без молоточков и колокольчиков».
Как устроена музыкальная табакерка
Фавр поставил рядом вращающийся валик со штифтами и гребенку - ряд настроенных стальных зубцов. Штифт цепляет свой зубец, приподнимает и отпускает, и зубец звучит нужной нотой. Мелодия задана тем, как штифты расставлены на валике.
По этой схеме устроены женевские табакерки 1815-1830-х годов, которые хранит тот же московский музей. В каждой есть похожие детали:
- пружинный завод, который заводили маленьким ключом через отверстие в дне;
- валик со штифтами, а в некоторых плоских табакерках вместо него диск, из которого штифты торчат вверх;
- стальная гребенка - в табакерке около 1820 года у нее 27 зубцов, а в более крупной табакерке 1830-х годов уже 74;
- рычажок пуска на стенке корпуса, а иногда и кнопка, которая переключает мелодии.
Как и у Фавра, механизм ставили в нижнюю часть, порой под отдельную крышку на дне. Под верхней крышкой оставалось обычное отделение для табака. Играла такая табакерка одну или две мелодии, а крупная серебряная табакерка женевских мастеров братьев Николь, сделанная в 1830-х годах, - уже три.
Городок в табакерке у Одоевского
Детям механизм такой табакерки объяснил в 1834 году Владимир Одоевский в сказке «Городок в табакерке». Папенька ставит перед сыном Мишей пеструю черепаховую табакерку, в которой играет музыка, и мальчик во сне попадает внутрь. Там целый городок с золотыми домиками, мальчиками-колокольчиками, дядьками-молоточками, господином Валиком, который весь день лежит на диване, и царевной Пружинкой. Пружинка толкает Валик, Валик вертится и цепляет молоточки, молоточки стучат по колокольчикам, а «кабы колокольчики не звенели, и музыки бы не было». У Одоевского звенят колокольчики, как в старых карильонах, но цепочка от пружины к звуку та же, что в механизме с гребенкой.
Кто делал табакерки с музыкой
Самому Фавру изобретение богатства не принесло. Из-за болезни он оставил ремесло и умер в бедности. Новинку тем временем начали уменьшать и сначала ставили даже в кольца и другие украшения, где помещалось лишь несколько нот. С 1813 года стали делать табакерки и ларцы для украшений с механизмами более широкого диапазона.
Механизм Фавра усовершенствовал Исаак-Даниэль Пиге, часовщик из долины Жу. Начинал он в мастерской Лешо, с 1802 года работал в паре с шурином Анри Каптом, а с 1811 года - с Самюэлем Мейланом. Среди табакерок «Собрания» есть одна около 1820 года, у которой корпус сделал женевский ювелир Жан-Жорж Ремон, а механизм - мастерская «Пиге и Мейлан». Над одной вещью работали двое - ювелир отвечал за золото и эмаль, механик за музыку.
Золото, эмаль и роскошь на экспорт
Корпус чаще всего был золотым. Его покрывали гильошем, то есть тонким узором из повторяющихся линий, а сверху эмалью. На крышке одной табакерки «Собрания» эмалью написана мифологическая сцена, на другой - букет цветов и фруктов, на третьей - медальон с музыкальными инструментами и нотами. Еще одна, размером всего 5,6 на 3,6 сантиметра, украшена на крышке лирой из бирюзы и жемчуга.
Женевские вещи с музыкой и механическими фигурками покупали состоятельные люди в Европе, Турции и Китае. В Лондоне их продавали купцы, клиенты которых ценили роскошь во всех смыслах слова. Для дальних рынков отделку подбирали по устоявшимся правилам, и у каждого рынка были свои требования.
Для Китая требовались яркие цвета и богатый, сложный орнамент. Турецкий рынок просил контрастных сочетаний - ярко-розового, миндально-зеленого и кроваво-красного.
Поющая птица под крышкой табакерки
Кроме музыки, табакерка научилась петь птичьим голосом. В последней четверти XVIII века в Женеве появился свисток со скользящим поршнем, и его изобретение приписывают мастерским Жаке-Дро и Лешо. Свисток заменил громоздкий набор органных трубок и занимал так мало места, что птиц стали ставить в часы, зеркала и табакерки. Птичьи механизмы для этих мастерских делал независимый мастер Якоб Фризар.
В 1793 году Лешо писал Фризару, что это ремесло нужно как можно дольше удерживать за собой - завистников хватает, но они не представляют, сколько трудностей придется преодолеть.
Птица сидела под маленькой крышечкой. Когда сдвигали рычажок, крышечка поднималась, и птичка в настоящих перьях вставала, поворачивалась, хлопала крыльями, двигала хвостом и открывала клюв под собственную песню. Потом она опускалась обратно, и крышечка закрывалась.
Братья Роша из Ле-Брассю готовили птичьи механизмы для самого Фризара, а около 1813 года обосновались в Женеве и прославились собственными поющими птицами. Их табакерку с птицей, сделанную около 1815 года, тоже хранит «Собрание». Корпус из золота и эмали для нее сделали женевские ювелиры Жоли, Шенвар и Жуве. Это настоящая табакерка - клеймо ювелиров стоит как раз внутри отделения для табака.
Как музыка ушла из табакерки в шкатулку
Около 1815 года музыкальное ремесло в Швейцарии отделилось от часового, и механизм Фавра стал самостоятельным инструментом - музыкальной шкатулкой. Табакерки с музыкой делали и позже, но гребенка, которую Фавр когда-то поместил в дно табакерки, получила собственный корпус.
